Поскольку ученые во всем мире медленно продвигаются в решении проблемы старения, биохакеры берут все в свои руки. Эксперименты на червях, мухах и мышах продлили им жизнь, но теперь и люди превратились в подопытных животных

Специально для mixstuff – Игорь Абрамов

Поскольку ученые во всем мире медленно продвигаются в решении проблемы старения, биохакеры берут все в свои руки. Эксперименты на червях, мухах и мышах продлили им жизнь, но теперь люди превратились в подопытных животных.

«Мне нравится сравнивать классическую медицину с мастерской по ремонту автомобилей, которая чинит то, что уже сломано. Первый вопрос, который задают врачи: «Что вас беспокоит?» В то время как мы – это салон автотьюнинга, – говорит 28-летний Денис Варванец, высокий темноволосый молодой человек в футболке с надписью «Академия -83». – Мы собираемся усовершенствовать здоровых людей».

Под словом «мы» Денис имеет в виду биохакеров. Во всей России всего 20 человек относят себя к этой категории. Раньше они называли себя «трансгуманистами», то есть людьми, которые обманывают процесс старения. Терминология постепенно эволюционировала, и русские трансгуманисты пришли к термину «биохакинг», надо сказать, не без помощи своих американских коллег. Хотя, возможно, название – это единственное, что у них есть общего.

Российские биохакеры считают себя особенными. «В теории, чтобы получить лекарство, вам нужен рецепт врача. В России все обстоит наоборот: здесь практически любое средство может быть куплено в аптеке, поэтому здесь возможно все», – объясняет Денис. Если Запад, как правило, это гаджеты и красивая инфографика, созданная теми же гаджетами, об отказе от сахара и уменьшении стресса, биохакинг в русском стиле, это культ проверок (постоянный мониторинг биохимических показателей) и экспериментов с препаратами.

Два года назад Денис был увальнем: никакого спорта, в лучшем случае, немного бега. У него были проблемы со здоровьем, и он никогда не ходил быстрым шагом. Сегодня он является соучредителем лаборатории биохакинга в московском фитнес-клубе «Атмосфера»: два верхних этажа в небоскребе Empire Tower в центре столицы, не говоря уж о десятках клиентов из списка журнала Forbes. Все основано на многочисленных замерах и ультрасовременно: сочетание спорта и «терапии». Когда Денис начал «модернизировать» себя, через шесть месяцев параметры его тела были уже наравне с показателями опытного спортсмена. Однако, хотя информации о биохакерах в прессе совсем мало, почти вся она носит негативный характер. Биохакеры – «уроды без медицинского образования, которые сеют хаос в науке и убивают себя собственными экспериментами», – таков общий вывод СМИ.

Тем не менее, эти люди верят, что переживут нынешний век.

О волшебной таблетке

— «Ты умрешь?»

— «Да, когда-нибудь».

«Но не сейчас, верно? Я тоже не говорю, что если кто-то выстрелит в меня, я не умру. Если меня собьет автомобиль, я умру, – говорит мужчина в темно-синем костюме. Он потягивает из стакана раствор витамина С. «Но все же я  не собираюсь умирать».

Серое пятиэтажное здание на востоке Москвы, два поста охраны снаружи. Внутри находится офис международной аутсорсинговой компании. Мы в офисе ее финансового директора. Ему 35 лет, его зовут Сергей Скакун и он биохакер. Стены офиса увешаны всевозможными дипломами и сертификатами, но не по биохакингу, а по корпоративным финансам. Единственное, что выдает здесь присутствие биохакинга — это банка с таурином и пара других препаратов в углу у принтера. Остальное все типично: кожаное кресло, большой монитор, чистый стол – ничего лишнего.

В течение последних трех с половиной лет этот человек управляет, пожалуй, самым крупным экспериментом в мире в области само-цифровизации, за который его уже сравнивают с американской звездой биохакинга Крисом Дэнси. Но если Дэнси – киборг, Скакун – его полная противоположность. Каждый день он принимает 35 лекарств и тратит четыре часа на чтение научных статей. У него есть большая таблица Excel, в которой записано 760 параметров организма и около 8 тысяч биомаркеров (гемоглобин, холестерин – все, из чего мы состоим). Он прочитал и сделал заметки о 15 тысячах научных статей. То, что он делает, называется «самоквантификацией». Этот термин был придуман редакторами американского журнала Wired в 2007  году. Тело является биохимической машиной, и, принимая различные вещества, можно достичь удивительных эффектов. С самого начала своего проекта Скакун провел около 120 экспериментов на себе с различными препаратами и дозировками.

«Например, я принимал метформин. Это лекарство для людей с диабетом второго типа», – Станислав открывает свою таблицу с перечнем биохимических показателей, от липидов до белков, энзимов и следовых элементов. Количество цифр просто головокружительное. Некоторые из них находятся в серой зоне (норма), другие – в желтой (риск), а некоторые в красной (что-то не в порядке).

Дело в том, что у Станислава нет никакого диабета. Многие в мировом сообществе биохакинга убеждены, что метформин продлевает жизнь. Вот почему они принимают этот препарат. «Диабетики, которые принимали метформин, жили в среднем на семь лет дольше, чем здоровые люди, которые его не принимали. Это дало основание полагать, что метформин является первым лекарством от старости», – говорит Станислав. Существует, однако, побочный эффект. Метформин лечит диабет, но вызывает раннюю деменцию и даже болезни Альцгеймера и Паркинсона. Мы  не знаем, почему это происходит. Одна из возможных причин заключается в том, что препарат блокирует метаболизм витамина В, который необходим для нормального функционирования мозга.

Что же делать? Станислав посмотрел в таблицу, увидел, что происходит, и выбрал дозировку витаминов, устраняющую этот побочный эффект. В то же время, он снизил риск  развития рака – оказывается, этот замечательный препарат от диабета обладает и таким свойством. «Метформин снижает вероятность развития рака, поскольку он снижает скорость деления клеток в организме. Я снизил эту скорость и устранил побочный эффект в форме деменции. Я считаю, что это успешный эксперимент», – говорит он торжествующе.

Станислав убежден, что его биологический возраст составляет 26 лет, и его эксперимент продлит процесс старения. К моему удивлению, он говорит мимоходом: «Настоятельно рекомендую не пытаться заниматься биохакингом».

Как не умереть

В апреле средства массовой информации всего мира сообщили о гибели 28-летнего американского биохаекра Аарона Трэйвика в бассейне с очень соленой водой. Лишь немногие, однако, отметили, что это была случайность, а не результат очередного эксперимента. В социальных сетях появились едкие комментарии: «Биохакер не может обмануть организм». Месяцем ранее во время публичной демонстрации на сцене Трайвик ввел себе экспериментальную вакцину против герпеса.

Денис не согласен: Трейвик, который умер в Америке, был известен своей страстью к психоделическим веществам. «В бассейне он находился под влиянием лекарственного кетамина. Поэтому он просто уснул, перевернулся и утонул. Это не имело никакого отношения к его инъекциям против вируса».

К счастью, среди российских биохакеров пока не было смертельных случаев. Возможно, потому что они «консервативны», говорит Скакун, и даже не планируют употреблять самодельные вакцины. Они ценят научные данные и абсолютный контроль. Но даже с таким подходом все это больше похоже на игру в русскую рулетку или покер.

«Девяносто девять процентов игроков в покер проиграли и вышли из игры. Биохакинг – это не наука, а хобби. Все результаты имеют отношение к одному человеку. Все, что я делаю с самим собой – это всего лишь эксперимент. В любой момент что-то может пойти не так», – говорит он.

Станислав даже пообещал состариться «в прямом эфире». Он хотел, чтобы данные о его эксперименте были опубликованы. Одной из причин было создание новой услуги, вроде стартапа по биохакингу. Он хотел, чтобы вся информация об организме, от генетики до роста, хранилась в одном месте. Точно так же, как вся информация о компании может вписаться в один 10-страничный отчет. Но Станислав этого не сделает, пока он остается финансовым директором. Если кому-то интересно, почему финансист в России не может быть биохакером, ответ прост: репутация компании. Никто не знает, как это воспримут клиенты или акционеры.

«Все думают, что биохакеры – это пижоны, которые постоянно глотают таблетки, режут себя, вживляют в тело электронные устройства, и это все, из чего состоит их день. Это полный бред! – говорит Станислав. – Почти все время, пока продолжается эксперимент, я провожу у рабочего монитора».

Ученые уже могут продлить жизнь плоского червя в десять раз и удвоить продолжительность жизни лабораторной мыши. Пока это может показаться не столь обнадеживающей информацией, как хотелось бы биохакерам. Но они считают, что уже в нынешнем столетии человек превзойдет генетически определенный жизненный предел в 120 лет.

Я спрашиваю Станислава, сколько лет ему хочется прожить. Судя по выражению лица, вопрос ему не нравится. Как будто он произнес длинную речь, но его так и не поняли. «На самом деле, это не имеет никакого значения, – отвечает он. – Для меня важно, что я живу полноценной жизнью, здесь и сейчас. Если я однажды открою глаза и пойму, что прошло 5 тысяч лет – это не проблема. У нас есть два варианта – мы можем умереть, сражаясь, или умереть, стоя на коленях».

.