В 10-летнем возрасте Нильс Ховен понял, что с ним что-то не так – мальчик не мог чувствовать некоторые запахи. Однажды во время прогулки в лесу ребята стали жаловаться на запах скунса, однако мальчик не мог его унюхать

Источник перевод для mixstuff – Ольга Дедюхина

В 10-летнем возрасте Нильс Ховен понял, что с ним что-то не так – мальчик не мог чувствовать некоторые запахи. Однажды во время прогулки в лесу ребята стали жаловаться на запах скунса, однако мальчик не мог его унюхать.

980x

Это необычное отклонение органов обоняния сохраняется на протяжении всей его жизни. Речь идет не о полной потере обоняния – Ховен не может ощущать лишь некоторые запахи, в основном неприятные. «Например, чаще всего я не чувствую, когда кто-то пукает» — пишет он в своем блоге. – Возможно, кто-то скажет, что в этой ситуации есть свои преимущества, но лично меня это совсем не радует, потому что я не имею представления о том, могут или нет люди вокруг меня почувствовать этот запах».

Неспособность воспринимать лишь некоторые запахи, как в случае с Ховеном, на языке медицины называется частичной аносмией. Люди с этим отклонением не могут чувствовать один или несколько запахов, при этом их обонятельные способности к другим ароматам остаются в норме. Частичная аносмия отличается от полной потери обоняния, которая может возникнуть в результате некоторых заболеваний, например, хронического менингита или травмы головы.

Первые научные попытки изучить частичную аносмию были предприняты в 1893 году – учёные описывали случаи, когда люди не могли чувствовать запах ванили. С тех пор считалось, что это довольно редкое отклонение, и количество людей с таким заболеванием составляет менее 1 процента, как, например, неспособность чувствовать запах скунса.

Однако по результатам новых исследований выяснилось, что это заболевание вовсе не такое уж и редкое, а количество людей с таким отклонением может достигать 20 процентов в зависимости от вида запаха.

Учёные провели эксперимент с участием 1600 добровольцев, которых проверяли на чувствительность к определённым парам запахов. При этом заранее не было известно, страдают ли испытуемые какими-либо нарушениями обоняния. В ходе эксперимента добровольцам предлагалось понюхать двадцать запахов, которые были поделены на группы: семь запахов, связанных с едой, три цветочных аромата, четыре мускусных запаха, два запаха сандалового дерева и запахи, относящиеся к прочим группам.

Как оказалось, 34 процента испытуемых не смогли уловить по меньшей мере один из двадцати запахов.

«Среди унюхавших восемнадцать из двадцати запахов по крайней мере был один участник с частичной аносмией» — утверждают исследователи. Далее выяснилось, что наличие этого отклонения может сильно варьироваться в зависимости от типа запаха – 20 процентов испытуемых испытали частичную аносмию к аромату сандалового дерева.

Также в ходе исследования было выявлено, что чем выше молекулярная масса вещества, тем менее чувствительны к ее запаху были испытуемые. Ученые считают, что высокая молекулярная масса аромата снижает его летучесть, тем самым затрудняя прохождение запаха через слизистую оболочку носа.

Но это не единственный аналогичный эксперимент. В другом исследовании принимали участие 25 добровольцев, страдающих частичной аносмией. Большинство из них (15 человек) были нечувствительны к запаху мускуса. Перед началом эксперимента испытуемым надо было выполнять упражнения для улучшения обоняния. Участникам были выданы бутылочки с определёнными запахами, которые они не чувствовали в обычной жизни, и попросили нюхать их содержимое два раза в день. Изначально предполагалось, что эксперимент продлится четыре месяца, но некоторые из участников закончили выполнять упражнения уже после двух месяцев из-за нехватки времени.

В конце эксперимента все 25 испытуемых показали улучшение своих способностей различать запахи, к которым изначально они были нечувствительны. Вполне возможно, что усиленное воздействия конкретных запахов на испытуемых сделало их более восприимчивым к этим ароматам. Ученые предполагают, что это произошло из-за стимуляции обонятельных рецепторов, реагирующих на эти запахи.

«Каждый день мы подвергаемся воздействию тысяче различных запахов, но мы воспринимаем не все, а лишь небольшую часть этих ароматов» — заключает один из организаторов эксперимента.

Наши обонятельные рецепторы реагируют лишь на определенный процент запахов, поэтому среди несметного количества существующих в природе ароматов мы не всегда чувствуем все запахи. Но мы можем развивать свои обонятельные рецепторы, которые прежде не были чувствительны к какому-то конкретному запаху.

Сенсорная информация, которую мы получаем из окружающей среды, фильтруется в таламус. Однако обонятельные сигналы при поступлении в мозг минуют таламус. Как показывают результаты исследований, частичная аносмия выступает своего рода «фильтром» для поступающей обонятельной информации, но интенсивность действия этого фильтра можно уменьшить путём воздействия запахами.